Ощущение, что что-то не так, появилось у меня почти сразу. Причём задолго до того, как он заговорил о своих знаменитых возможностях «три раза за одну ночь».
Внешне всё складывалось прекрасно. Даже чересчур гладко, словно кто-то заранее отрепетировал нашу встречу и предусмотрел каждую мелочь.
Мне было сорок девять, Сергею — пятьдесят. Нас познакомили общие друзья. Никакой случайной встречи под дождём, никакой внезапной искры, достойной романтического фильма. Всё началось буднично и естественно. В тот день я пришла в длинном пальто и старом шерстяном шарфе, который давно следовало выбросить, но с которым я никак не могла расстаться. На Сергее была безупречно чистая, явно недешёвая куртка. От него едва заметно пахло хорошим парфюмом — тёплым, древесным, ненавязчивым. И уже через несколько минут разговор каким-то образом сосредоточился на нём.
— Когда-то я был совсем другим человеком, — произнёс он, чуть подавшись ко мне через стол.
«Ну вот, началось», — подумала я.
Но вслух ничего не сказала, только улыбнулась.
Наши первые встречи проходили спокойно. Мы заходили в кофейни, долго гуляли по набережной, разговаривали обо всём подряд. Сергей не торопил события, не давил на меня и не пытался нарушать мои личные границы. Со стороны, наверное, казалось, что отношения развиваются именно так, как и должны развиваться у двух взрослых людей.
И всё же была одна небольшая деталь, которая постепенно начинала меня беспокоить.
Он постоянно возвращался к своему прошлому.
— Раньше я мог вообще не спать всю ночь, — однажды сказал Сергей, медленно размешивая сахар в чашке. — Утром ехал на работу, а после работы ещё успевал заглянуть к женщине. Энергии было столько, что девать некуда.
Я молча слушала и время от времени кивала. Чем чаще он рассказывал подобные истории, тем яснее я понимала: обращался он вовсе не ко мне.
Он убеждал самого себя.
— Конечно, теперь всё немного иначе, — продолжил он. — Зато сейчас чувства стали глубже. Теперь я по-настоящему понимаю, что происходит между мужчиной и женщиной.
Это бесконечное «зато» звучало в его речи гораздо чаще, чем мне хотелось бы.
Я никогда не искала идеального мужчину. Мне действительно не требовался безупречный герой с коллекцией громких побед. Я не ждала подвигов и не собиралась восхищённо слушать рассказы о прежних достижениях.
Мне был нужен живой человек.
Тот, кто способен находиться рядом со мной сегодня, а не начинать каждую вторую фразу словами: «Вот раньше я…»
Однако в Сергее всё равно было что-то притягательное.
Поэтому я решила не делать поспешных выводов.
В пятницу вечером он позвонил сам.
— Приезжай сегодня ко мне, — предложил Сергей. — Я приготовлю ужин. Проведём нормальный вечер, как взрослые люди.
Я невольно улыбнулась.
«Как взрослые люди… Интересно, что именно он вкладывает в эти слова?»
Любопытство оказалось сильнее сомнений, и я согласилась.
В его квартире было удивительно уютно. Дело было не только в горячих батареях. Само пространство словно обволакивало теплом: мягкий желтоватый свет, тяжёлые шторы, массивный деревянный стол, на котором время оставило едва заметные следы.
Из кухни доносился запах мясной запеканки, только что вынутой из духовки. Аромат расплавленного сыра, пряностей и густого томатного соуса успел заполнить всю квартиру.
— Я специально для тебя старался, — сказал Сергей с лёгким смущением.
И в ту минуту он понравился мне гораздо больше, чем во время всех своих рассказов о том, каким замечательным был когда-то.
Мы сели за стол. Сергей разлил вино по бокалам. Мы ели, разговаривали и смеялись. Вечер действительно получился приятным.
До тех пор, пока он снова не вернулся к своей любимой теме.
— Скажу тебе честно, — произнёс Сергей, откинувшись на спинку стула. — Раньше мне удавалось удивить каждую женщину, с которой я был.
Мне едва удалось не рассмеяться.
— Разумеется, приятно удивить, — поспешно уточнил он.
— Очень на это надеюсь, — ответила я с улыбкой.
Сергей тоже растянул губы, но его улыбка показалась мне натянутой. Так улыбаются не потому, что действительно весело, а потому, что считают улыбку обязательной частью разговора.
— Возраст, конечно, уже не тот, — продолжил он. — Но я умею это компенсировать. Понимаешь, теперь главное не количество. Теперь важнее качество.
Именно тогда внутри меня словно натянулась тонкая струна.
Не из-за самих слов.
Меня насторожило то, с каким чувством он их произносил.
Казалось, Сергей заранее оправдывался за неудачу, которой ещё не произошло. Будто впереди его ожидал незримый экзамен, а он обязан был сдать его на высшую оценку.
После ужина он включил проигрыватель. Старая пластинка тихо потрескивала, а комнату постепенно заполнила тёплая, чуть приглушённая мелодия. Мы подошли к окну и остановились рядом. Сергей осторожно обнял меня за плечи.
— Ты мне правда очень нравишься, — тихо признался он.
Впервые за весь вечер происходящее показалось мне настоящим.
На несколько секунд я даже решила, что всё это время была к нему несправедлива. Возможно, мои сомнения не имели оснований. Возможно, его рассказы были лишь неловким способом скрыть волнение.