Марина выключила духовку и вынула противень с картофелем и куриными бёдрышками. По кухне тут же разлился тёплый запах чеснока, укропа и запечённого мяса — именно такие домашние блюда особенно любил Виктор Андреевич.
— Игорь, позови отца к столу, пожалуйста, — попросила она мужа. — А то потом опять услышишь, что мы всё подали холодным.
— Сейчас позову, — отозвался он из комнаты.
Марина разложила еду по тарелкам, расставила стаканы и на миг оперлась руками о край столешницы. Ей было тридцать два, но последние месяцы она чувствовала себя так, будто прожила уже вдвое больше. Работа, уборка, покупки, счета, вечные мелкие ремонты, забота о свёкре… Только успевала закрыть один вопрос, как тут же появлялись новые.
Квартира, где Марина жила вместе с Игорем, принадлежала его отцу — Виктору Андреевичу. Три года назад он сам предложил молодым перебраться туда.
— Зачем платить за аренду постороннему человеку? — сказал он тогда. — Живите у меня. Всё равно квартира пустует.
Правда, пустующая квартира совсем не была готова к нормальной жизни. Обои отходили от стен, трубы в ванной постоянно сочились, из старых окон зимой тянуло так, что на подоконниках иногда появлялся лёд. Кухня выглядела так, словно ремонт в ней закончился ещё в юности самого Виктора Андреевича.
Марина с Игорем не стали спорить и возмущаться. Они, наоборот, обрадовались возможности не отдавать деньги за съёмное жильё.
— Ничего, постепенно всё исправим, — сказал тогда Игорь. — Зато будем жить в своей квартире.
И они действительно всё исправили.
Только за собственные деньги.
Поставили стеклопакеты, заменили проводку и трубы, постелили ламинат, установили новые двери. Кухню заказали недорогую, зато удобную и аккуратную. По вечерам Игорь выравнивал стены, а Марина в выходные срывала старые обои, красила батареи и отмывала каждый угол.
Даже балкон они застеклили.
Когда работы закончились, Виктор Андреевич прошёлся по комнатам, внимательно осмотрел обновлённое жильё и довольно произнёс:
— Вот теперь другое дело.
Но простого «спасибо» Марина от него так и не услышала.
Впрочем, она никогда не помогала ради благодарности. Если считала что-то правильным, то делала, не ожидая похвалы.
Когда зимой Виктор Андреевич заболел, Марина покупала ему лекарства, варила бульон и сама договаривалась о приёме у врача.
Когда у его старой машины потребовался серьёзный ремонт, Игорь и Марина оплатили всё из своих денег.
— Верну, как только смогу, — пообещал тогда Виктор Андреевич.
Но не вернул.
Марина не стала напоминать.
На день рождения свёкра она поднималась ещё до семи утра, чтобы приготовить его любимые голубцы и печёночный торт. Если он приезжал неожиданно, она всё равно ставила чайник, доставала лучшие продукты и старалась, чтобы ему было удобно.
Однако около года назад Виктор Андреевич будто изменился. Вернее, Марина наконец перестала списывать его поведение на усталость или плохое настроение.
Его стало раздражать буквально всё.
Пыль на верхней полке.
Обувь, оставленная не у той стены.
Шторы, которые Марина выбрала, по его словам, «как в казённой палате».
Недостаточно густой суп.
То, что невестка много времени проводит на работе.
А через несколько дней он мог заявить противоположное:
— Нынешняя молодёжь умеет только отдыхать.
Игорь предпочитал не вмешиваться.
— Не принимай близко к сердцу, — говорил он после отцовских визитов. — Ты же знаешь, какой у него характер.
Марина знала.
И долго терпела.
Но в тот вечер в ней что-то окончательно оборвалось.
Виктор Андреевич приехал около семи. Куртку он ещё не успел снять, а уже принялся осматривать прихожую, словно явился проверять квартиру после нерадивых жильцов.
— А это ещё что за коробка?
— Осталась плитка после ремонта в ванной, — ответила Марина. — Игорь собирался отвезти её в гараж.
— Собирался он уже полгода.
— Пап, прошло всего две недели, — заметил Игорь.
— Для тебя, может быть, две.
Во время ужина замечания не прекратились. Виктор Андреевич положил себе картофель, откусил курицу и сразу скривился.
— Суховата.
Марина промолчала.
— Я ведь говорил тебе, Марина: мясо нужно закрывать фольгой.
— Я закрывала.
— Значит, плохо закрывала.
Игорь натянуто улыбнулся.
— Пап, вполне нормальная курица. Очень вкусно получилось.
— Ты всё съешь, что тебе положат. Лишь бы тарелка перед носом стояла.
Марина медленно положила вилку.
— Салат вам положить?
— Положи.
Она пододвинула к нему миску.
Виктор Андреевич снова посмотрел по сторонам, задержав взгляд на кухонных фасадах.
— Кстати, мебель уже исцарапали.
— Где? — спросила Марина.
— Возле ручки.
— Там почти ничего не видно.
— Видно или нет — неважно. Квартира моя.
Разговор за столом мгновенно замер.
Марина подняла глаза.
— И что вы хотите этим сказать?
Виктор Андреевич пожал плечами.
— Ничего особенного. Просто к чужому имуществу нужно относиться бережнее.
Слово «чужому» ударило её сильнее, чем она ожидала.
— Мы живём здесь уже третий год.
— И что с того?
— Мы полностью отремонтировали квартиру.
— Вас никто не просил.
Игорь уткнулся в тарелку.