Зато был абсолютно уверен, что успех ему гарантирован.
Марина старалась говорить осторожно:
— Давай сначала всё рассчитаем. Посмотрим, сколько потребуется денег и какие могут быть последствия.
Алексей сразу воспринимал любые вопросы как личное оскорбление.
— Ты просто в меня не веришь.
Ему не нужны были советы или разумные обсуждения. Он ждал только одобрения.
Однако бизнес начал рушиться гораздо быстрее, чем он рассчитывал.
Появились кредиты, затем долги и просроченные платежи. Дома постоянно царило напряжение, Алексей нервничал и срывался. Но признавать, что причиной происходящего стали его поспешные решения, он не собирался.
Гораздо удобнее было сделать виноватой Марину.
— Ты постоянно на меня давишь.
— Тебе вообще не хочется меня поддерживать.
— Из-за тебя я не могу нормально заниматься делом.
Сначала Марина пыталась объяснить, что не давит, а всего лишь просит быть осторожнее. Потом у неё закончились силы спорить.
Она давно заметила: человек, который не умеет отвечать за собственные поступки, обязательно найдёт того, на кого можно переложить последствия.
Галина Сергеевна, разумеется, полностью встала на сторону сына.
Помогать деньгами она не спешила, зато щедро раздавала советы.
— Хорошая жена должна верить в своего мужа.
— Мужчине нужна поддержка, а не постоянные сомнения.
— Ты была бы ласковее и терпеливее — Алексею было бы гораздо легче.
О кредитах при этом никто не вспоминал.
Никто не говорил о том, что бизнес оказался непродуманным.
Никто не хотел обсуждать реальное положение семьи.
Виновата должна была быть только Марина.
Со временем Алексей стал грубее. Он мог не прийти ночевать, разговаривал с женой свысока, требовал у неё деньги и раздражался, если слышал отказ.
Однажды он сказал то, после чего Марина окончательно перестала видеть в нём прежнего человека:
— Раз квартира твоя, продай её и вложи деньги в мой бизнес. Если ты, конечно, нормальная жена.
Марина почувствовала, будто внутри всё заледенело.
Перед ней больше не было мужчины, который говорил о любви и будущем. Перед ней стоял человек, которому нужен был её ресурс.
— Нет, — спокойно произнесла она.
Алексей мгновенно вспыхнул.
— Вот видишь! Ты никогда не считала нас настоящей семьёй!
Марина едва не усмехнулась от горечи.
В его представлении семья означала, что она должна рискнуть единственным жильём, чтобы спасти его неудачное предприятие.
После этого их брак начал рассыпаться уже открыто.
Они ссорились почти каждый день. Алексей всё чаще оставался у матери. Марина чувствовала, что муж отдаляется, но не понимала, чего именно он добивается.
А потом совершенно случайно увидела его переписку.
Она была готова обнаружить другую женщину. Это тоже стало бы ударом, но, возможно, понятным и объяснимым.
Однако в телефоне оказалось кое-что хуже.
Алексей переписывался с риелтором.
«Если она согласится оформить квартиру как совместную, потом будет проще выставить её на продажу».
Марина перечитала сообщение.
Затем открыла его снова.
И ещё раз.
Внутри будто оборвалась последняя тонкая нить, которая связывала её с прежней верой в мужа.
Теперь всё стало очевидно.
Речь давно шла не о чувствах и не о семейных разногласиях.
Алексей хотел получить квартиру.
Ту самую, за которую Марина годами платила сама.
В ту ночь она почти не спала. Лежала в темноте и смотрела в потолок, пытаясь понять, как легко брак может превратиться в холодный расчёт.
Утром Марина впервые позвонила юристу.
После этого она несколько недель действовала молча и осторожно.
Проверила все документы.
Обновила пароли от банковских приложений.
Убрала важные бумаги туда, где Алексей не смог бы их найти.
И продолжила наблюдать за мужем.
Алексей тем временем становился всё беспокойнее. Он чувствовал, что теряет влияние, но пока не догадывался, насколько тщательно Марина подготовилась.
Переломный вечер случился в пятницу.
Алексей вернулся домой раздражённым. От него пахло алкоголем. Едва войдя, он начал кричать:
— Всё! Я больше так жить не собираюсь!
Марина без спешки закрыла ноутбук.
— И что ты решил?
— Развод!
Он произнёс это почти с торжеством, будто достал последнее оружие.
Алексей наверняка представлял, как жена испугается, расплачется и начнёт просить его не уходить. Он ожидал, что Марина будет цепляться за него и обещать изменить всё, что ему не нравилось.
Но вместо этого она сказала:
— Развод? Хорошо. Тогда сначала собери свои вещи и освободи мою квартиру.
Алексей застыл.
— Ты сейчас серьёзно?
— Абсолютно.
— Ты меня выгоняешь?
Марина медленно подняла глаза.
— Нет. Я просто предлагаю человеку, который решил закончить наш брак, перестать жить в принадлежащем мне жилье.
В комнате повисла тяжёлая тишина.
Впервые за годы Марина не стала ничего объяснять. Не оправдывалась и не пыталась доказать, что имеет право на свои решения.
— Я вообще-то здесь жил! — выкрикнул Алексей.
— Конечно. Ты жил здесь как мой муж. Но владельцем квартиры от этого не стал.
Эти слова задели его сильнее всего.
Вся его уверенность держалась на надежде, что рано или поздно квартира станет общей. Он уже мысленно распорядился её судьбой, хотя не имел на это никакого права.