Я сохранила сообщения, сделала снимки экрана и внимательно просмотрела операции по нашему общему банковскому счёту.
Выписка подтвердила то, что я уже поняла. Все эти шесть лет Алексей жил сразу двумя жизнями.
Вечером за дочерьми в детский сад съездила моя мама.
Готовить ужин я не собиралась. Не собиралась и заказывать ресторанную еду, как предлагал муж. В квартире было непривычно тихо, а я тем временем закончила то, что задумала.
Когда Алексей вернулся с работы, он совершенно не представлял, какой разговор его ожидает.
К этому моменту я уже всё решила.
— Привет, любимая, — бодро сказал он, войдя в квартиру. — Как прошёл день?
— Прекрасно, — спокойно ответила я. — Кстати, я приготовила для тебя сюрприз. Почти весь день занималась только этим.
Он заинтересованно поднял брови.
— Сюрприз? А по какому случаю?
— Просто захотелось поблагодарить тебя за нашу замечательную и такую «счастливую» семейную жизнь, — сказала я с лёгкой улыбкой. — Идём в гостиную.
Алексей не заподозрил подвоха и послушно пошёл за мной.
Он устроился в любимом кресле перед телевизором. Я поставила рядом небольшой столик, положила пачку чипсов и принесла ему кружку пива.
— Что это на тебя нашло? — спросил он уже с некоторой настороженностью. — С чего вдруг такая забота?
— Сейчас всё увидишь, — ответила я.
Примерно за полчаса до его прихода я подготовила презентацию, записала её на флешку и подключила телевизор.
Сначала на экране появились обычные снимки с его многочисленных «командировок». Алексей смотрел на них без особого интереса и, кажется, не понимал, к чему я веду.
Затем фотографии сменились.
На одной он обнимал женщину, с которой был знаком в социальной сети. На другой смеялся рядом с совсем другой девушкой, держа в руке бокал. Потом появились снимки из отелей, ресторанов и мест, где он якобы никогда не бывал во время рабочих поездок.
— Марина, подожди… Я всё объясню, — торопливо произнёс Алексей, заметно побледнев.
— Не перебивай, — остановила его я. — Я старалась, готовила для тебя. Будь добр, досмотри до конца.
Кадры продолжали сменять друг друга. Каждый следующий снимок говорил громче любых признаний.
— Ты правда думал, что я никогда ничего не узнаю? — спросила я, не отрывая взгляда от экрана.
— Откуда ты это взяла? — почти беззвучно спросил он.
— Из твоих аккаунтов. Нужно было хотя бы придумать нормальный пароль. Или научиться выходить из социальных сетей на домашнем компьютере.
— Это всё ничего не значит! — неожиданно закричал Алексей. — Просто случайные связи, ничего серьёзного! Я люблю только тебя!
Я медленно повернулась к нему.
— Правда? Поэтому ты рассказывал коллегам, что твоя жена — уродина?
Он сразу замолчал. Лицо его стало серым.
— Но даже это не самое страшное, — продолжила я. — Шесть лет ты лгал мне в лицо. Шесть лет пользовался моим доверием, нашей семьёй и помощью моих родителей. А потом ещё и хвастался перед друзьями тем, насколько легко меня обманываешь.
— Марина, пожалуйста… Давай поговорим спокойно, — попросил он.
Я горько усмехнулась.
— Нам больше не о чем разговаривать. Я не стану дальше жить под одной крышей с человеком, который годами предавал меня и выставлял дурой. Собирай вещи и уходи. Эта квартира моя.
Алексей долго молчал, сидя в кресле. Потом поднялся, достал дорожные сумки и начал складывать в них одежду и личные вещи.
Несколько раз он пытался заговорить. Просил прощения, уверял, что всё можно исправить, клялся, будто семья для него важнее всего.
Я больше его не слушала.
Через несколько дней я подала заявление на развод.
Потом началась бесконечная череда судебных заседаний, документов и разговоров о разделе имущества.
Квартира осталась мне, потому что родители подарили её задолго до нашей свадьбы. Алексей получил лишь часть компенсации за автомобиль. Кроме того, после развода он был обязан выплачивать алименты на дочерей.
Его привычная жизнь разрушилась очень быстро.
Свободных денег стало гораздо меньше. Прежний отдых оказался ему не по карману, а многие удобства, которые он считал естественными, внезапно исчезли.
Но сильнее всего меня поразило другое.
Во всех своих бедах Алексей продолжал винить меня.
Он утверждал, что именно я разрушила семью. Что я не захотела простить. Что я лишила его привычного комфорта и нормальной жизни.
Слышать это было мучительно.
Ведь не он годами терпел предательство.
Не его унижали за спиной.
Не его называли некрасивым человеком, на котором удобно жениться ради денег, порядка и удобства.
Не ему лгали, рассказывая о рабочих поездках.
Всё это происходило со мной.
Что ж, в глазах Алексея я, наверное, навсегда осталась той самой «уродиной», над которой он когда-то смеялся вместе с коллегами.
Пусть продолжает так думать.
Это всего лишь его мнение.
А после всего пережитого оно больше не способно причинить мне боль.