Тамара Петровна не спешила отвечать. Сначала откусила яблоко, тщательно прожевала, потом кивнула в сторону прихожей.
— Часть этой химии я выбросила. Нечего столько дряни в квартире держать. Молодая женщина, а ванную превратила в аптечный склад.
Марина несколько секунд молча смотрела на неё, пытаясь осознать услышанное.
— Что значит «выбросили»?
— То и значит. Кое-что отправила в мусор, часть отдала соседке снизу. У неё внучка молодая, пусть пользуется. И духи какие-то были, от них вся ванная провоняла. Их тоже убрала.
У Марины перехватило дыхание.
— Вы отдали мои вещи чужой женщине?
— Какая ещё чужая? Соседка. Нормальная женщина. И что такого? Баночки да пузырьки. Деньги, что ли, с неба падают? Я тебе нормальное мыло поставила. Ещё полотенца старые нашла, хорошие, плотные. Не то что твои тряпочки.
Марина почувствовала, как внутри поднимается горячая, почти физическая ярость.
Один флакон духов подарила ей близкая подруга на день рождения. Крем стоил больше десяти тысяч рублей — Марина несколько месяцев откладывала деньги и купила его только по скидке. Там были сыворотки, декоративная косметика, кисти, набор средств для ухода, любимые духи и небольшой дорожный фен.
Это не были дешёвые мелочи.
Она сама купила всё это на собственные деньги.
— Вы понимаете, что сделали? — тихо спросила Марина. Её голос прозвучал непривычно глухо.
Тамара Петровна мгновенно подобралась.
— Следи за словами. Я намного старше тебя.
— Мне неважно, сколько вам лет. Вы вошли в мою ванную, взяли мои вещи, что-то выбросили, а что-то раздали.
— Не устраивай истерику. От нескольких флаконов беднее не станешь.
— Там имущества на десятки тысяч! Моего имущества! Кто разрешил вам его трогать?
В этот момент вернулся Алексей. В одной руке он держал пакет с продуктами, в другой — бутылку минералки. Увидев напряжение на кухне, он сразу понял, что попал в центр скандала.
— Что случилось?
Марина повернулась к нему.
— Твоя тётя выбросила мои вещи из ванной. Косметику, кремы, духи. Часть отдала соседке.
Алексей медленно поставил пакет на стол.
— Тётя?
— А чего она кричит, будто пожар случился? — возмутилась Тамара Петровна. — Я всего лишь навела порядок. Молодая женщина, а трясётся над пузырьками, словно торговка над товаром.
— Это не пузырьки! — Марина задыхалась от злости. — Там имущества на огромную сумму!
Алексей провёл ладонью по лицу.
— Тётя, зачем ты вообще это трогала?
— Потому что нечего всякой ерундой мазаться. У тебя жена должна быть нормальной женщиной, а не рекламой парфюмерного отдела.
Марина не сводила с мужа взгляда.
— Ну? Что ты скажешь?
Он помолчал.
— Тётя, конечно, немного переборщила.
— Немного? — Марина шагнула к нему. — Она взяла мои вещи, часть уничтожила, часть отдала постороннему человеку!
— Я ничего не крала, — вставила Тамара Петровна. — Убрала ненужное.
— Замолчите! — резко сказала Марина.
Алексей тут же напрягся.
— Не смей на неё кричать.
— А на кого мне кричать? На себя?
— Я сказал: не ори на тётю.
И тогда Марина всё поняла.
Он не встанет на её сторону.
Где-то глубоко Алексей, вероятно, понимал, что Тамара Петровна перешла всякие границы. Но страх обидеть женщину, которую он всю жизнь считал своим спасением, оказался сильнее.
Поэтому проще было обвинить жену.
Назвать её нервной, жадной, слишком эмоциональной.
— Хорошо, — очень спокойно сказала Марина. — Завтра вы вдвоём решите эту проблему. Либо мне возвращают стоимость всех вещей до последней копейки, либо ваша тётя уезжает из этой квартиры.
— Ты мне ультиматум ставишь? — холодно спросил Алексей.
— Не тебе. Я устанавливаю правила в собственном жилье.
В ту ночь Марина почти не спала. Она лежала с телефоном и по памяти записывала стоимость пропавших вещей.
Крем.
Сыворотка.
Кисти.
Тональный крем.
Тушь.
Два флакона духов.
Фен.
Маска.
Пудра.
Набор дорожных средств.
Органайзер.
Чем длиннее становился список, тем сильнее холодели пальцы. Итоговая сумма получалась внушительной.
Утром Алексей ушёл на работу, бросив напоследок:
— Вечером спокойно всё обсудим.
После завтрака Тамара Петровна объявила, что собирается съездить к давней знакомой на другой конец города. Она сказала это таким тоном, будто великодушно решила на несколько часов избавить хозяев от своего присутствия.
Марина молча наблюдала, как женщина надевает плащ, берёт сумку и закрывает за собой дверь.
Несколько секунд она просто стояла в пустой прихожей.
Потом достала телефон и нашла номер мастера по замкам, который когда-то сохранила ещё бабушка.
— Вы сможете приехать сегодня? Желательно как можно быстрее.
Через полтора часа в двери стоял новый цилиндр. Старые ключи больше не подходили.
Марина сидела на кухне и слышала, как мастер работает инструментами. Она не ощущала победы и не испытывала облегчения.
Внутри была только странная, хрупкая решимость.
Впервые за всё время брака она действовала не ради сохранения спокойствия. Она ясно понимала: если ради собственных границ придётся разрушить этот брак, значит, так тому и быть.
После ухода мастера Марина собрала в пакеты часть вещей мужа и его тётки. Не всё подряд — только самое необходимое.