— Она младшая. Вы хотели о ней заботиться.
— Хотели. Наверное, слишком сильно увлеклись.
— Я не хочу с ней ссориться.
— Она тоже скучает. Просто не умеет признаться.
В мае родители Сергея отмечали годовщину свадьбы — сорок пять лет вместе. Однажды вечером телефон Елены сообщил о новом сообщении в семейном чате. Увидев имя Ольги, Елена невольно напряглась.
Но текст оказался совсем не таким, какого она ожидала.
«Можно я спрошу? Родители хотят собрать десять человек на даче в последнее воскресенье мая. Вы не против? Если согласны, скидываемся на продукты поровну, готовим вместе, а после праздника я сама всё уберу. Если вам неудобно, найдём другое место. Без обид».
Елена перечитала сообщение дважды и передала телефон мужу.
— Что ответим?
— Давай согласимся.
Ольга приехала первой — ещё до девяти утра. Она привезла продукты, скатерти, контейнеры и огромную кастрюлю для голубцов. Резала салаты, носила стулья, а после того, как гости разошлись, стояла у раковины, пока не вымыла последнюю тарелку.
А Сергей на той неделе наконец отнёс дедушкины часы в мастерскую. Оказалось, механизм был исправен: просто высохла смазка и сломалась одна пружина.
В шесть вечера кукушка впервые за пятнадцать лет подала голос. Маша так подпрыгнула, что выронила вилку. Людмила Петровна неожиданно расплакалась, а затем принялась уверять всех, что это у неё от дыма мангала.
Когда гости разъехались, Елена и Ольга остались вдвоём на веранде. Ольга достала из сумки свёрток.
— Это тебе. Я разбирала мамины альбомы.
В рамке находилась старая фотография: под той самой яблоней стоял стол, за ним сидела молодая женщина в платке, а рядом девочка лет шести держала миску с вишнями.
— Это бабушка Анна, — тихо сказала Елена. — А рядом я.
— Мама рассказывала, что когда-то они с твоей бабушкой вместе ездили работать на консервный завод. Я не знала.
Елена долго не отводила взгляда от снимка. Потом поставила рамку на подоконник, рядом с часами.
— Тогда я была неправа, — сказала Ольга, глядя в сад. — Мне казалось, что мы же родные и поэтому можем не спрашивать.
— Как раз родных и нужно спрашивать. Чужих мы почему-то боимся лишний раз потревожить, а близкие, выходит, обязаны терпеть.
— Я правда думала, что все помогут.
— Помогают, когда их просят. Нельзя заранее записывать чужую помощь в список между мясом и салатами.
Ольга усмехнулась:
— Ты ещё долго будешь вспоминать тот список?
— Только если пришлёшь новый.
Позже Сергей подошёл к жене сзади и положил ладони ей на плечи.
— Помирились?
— Кажется, да.
В саду Маша собирала с травы лепестки. Родители спорили, в каком году в мае ударил мороз. На подоконнике стояла фотография, где за одним столом сидели две женщины, которых давно не было в живых.
Елена смотрела на своих близких и думала: настоящий семейный праздник начинается не с меню, не с воздушных шаров и не с количества приглашённых.
Он начинается с простого вопроса: «Можно мы соберёмся у вас?» Родство не даёт права открывать чужую калитку без разрешения. Зато уважение однажды помогает распахнуть её настежь — уже самим, без просьб и давления.