Ольга почувствовала, как рушится не только доверие и не только любовь. Разбивалась иллюзия, в которой она жила последние два года.
Человек, которого она считала самым близким, оказался совсем не тем, кем казался.
Страшнее самих документов и ошибки в реестре было другое: вся их история могла с самого начала держаться на лжи.
Ольга подошла к окну гостиничного номера. Она не замечала ни солнечного света, ни мягкого ковра под ногами. Окружающий мир словно потерял четкость. Всего несколько минут назад Сергей подтвердил то, что утром казалось невозможным.
Он сидел в кресле, опустив голову.
— Скажи хоть что-нибудь, — первой не выдержала Ольга.
Сергей провел рукой по лицу.
— Всё гораздо сложнее, чем выглядит.
— Правда? — горько усмехнулась она. — Со стороны всё предельно ясно: ты женился на мне, хотя официально уже был мужем другой женщины.
Сергей поднял глаза.
— Мы давно не живем вместе.
— Но юридически она всё еще твоя жена?
Он медленно кивнул.
Этот жест оказался больнее любых слов.
— Почему ты мне ничего не рассказал?
— Я боялся.
— Чего именно?
— Что потеряю тебя.
Ольга отвернулась к окну.
Она сама удивилась, что не плачет. Удар оказался слишком сильным, чтобы слезы могли сразу прийти.
Она готовилась услышать объяснение о сбое в базе, случайном совпадении или чьей-то злой шутке. Но перед ней сидел человек, который даже не пытался отрицать правду.
— Когда ты собирался мне всё рассказать?
Сергей долго молчал.
— Я хотел решить вопрос до свадьбы.
— Хотел?
— Да.
— Но не решил.
— Не успел.
Ольга резко обернулась.
— За два года наших отношений ты так и не успел?
Сергей ничего не ответил.
И это молчание оказалось убедительнее любых признаний.
Ольга медленно села напротив него.
— Кто она?
— Женщина, с которой я когда-то жил.
— Как ее зовут?
— Светлана.
— Где она сейчас?
— Точно не знаю.
Ольга нахмурилась.
— Как можно не знать, где находится твоя официальная жена?
Сергей тяжело вздохнул.
— Мы расстались шесть лет назад.
— Тогда почему вы не развелись?
Он нервно сцепил пальцы.
— Всё было не так просто.
Каждое следующее объяснение только усиливало тревогу.
— То есть все эти шесть лет ты ничего не делал?
— Я пытался.
— Что именно ты делал?
— Искал ее.
— И не нашел?
— Нет.
Раздражение в Ольге постепенно вытеснило растерянность.
Слишком много недомолвок.
Слишком мало прямых ответов.
— Покажи документы.
Сергей поднял голову.
— Какие документы?
— Все, что связано с вашим браком.
Он заметно занервничал, и это встревожило Ольгу еще сильнее.
— Сейчас их при мне нет.
— Тогда поедем туда, где они есть.
— Прямо сейчас?
— Да. Именно сейчас.
Впервые за весь разговор Сергей выглядел по-настоящему растерянным. Вероятно, он ожидал слез, обвинений или истерики, но не спокойных и четких вопросов.
Через час они подъехали к квартире, которую Сергей сдавал еще до знакомства с Ольгой.
Ключи от нее у него сохранились.
Соседям он объяснил, что нужно ненадолго проверить коммунальные счета, и попросил впустить их.
В старом шкафу действительно нашлась папка.
Сергей достал ее нехотя, будто надеялся, что Ольга передумает.
Она сразу начала просматривать документы.
Свидетельство о браке.
Копии заявлений.
Старые справки.
Но среди бумаг обнаружился еще один предмет.
Пожелтевший конверт, покрытый следами времени.
На лицевой стороне была написана фамилия Сергея.
Ольга посмотрела на мужа.
— Что это?
— Не знаю.
Но голос его звучал неубедительно.
Она вскрыла конверт.
Внутри лежало письмо, состоявшее из нескольких листов, исписанных женским почерком.
Уже первые строки заставили Ольгу замереть.
«Сергей, если однажды ты всё-таки прочитаешь это письмо, значит, времени прошло достаточно…»
Она подняла глаза.
Сергей побледнел.
— Ты уже читал его?
Он промолчал.
Ольга продолжила.
Светлана писала о болезни, лечении и переезде в другой город. Она объясняла, что не хочет становиться для Сергея обузой, и просила его не пытаться ее разыскивать.
С каждым абзацем история становилась иной, но яснее не делалась.
Дочитав письмо, Ольга аккуратно сложила листы.
— Она была тяжело больна?
— Да.
— Ты знал об этом?
— Узнал позже.
— Почему тогда не сказал мне?
Сергей сел на стул. За несколько часов он словно постарел на целое десятилетие.
— Мне было стыдно.
— За что?
— За то, что я ничего не сделал.
В комнате снова воцарилась тишина.
Ольга чувствовала: до настоящей правды они еще не добрались.
Слишком многое не сходилось.
Если Светлана сама ушла, почему Сергей не расторг брак через суд?
Если он действительно искал ее, почему письмо столько лет пролежало нераспечатанным?
Если он хотел всё исправить, почему вступил в новый брак, не завершив прежний?
Вопросов становилось всё больше.
А ответов по-прежнему почти не было.
В тот же вечер Ольга уехала к родителям.
Сергей не стал ее удерживать. Он лишь помог донести чемодан до машины.
Всю дорогу Ольга смотрела в окно и молчала.
Мать открыла дверь сразу. Ей хватило одного взгляда на дочь, чтобы понять: произошло что-то серьезное.
— Что случилось?
И тогда Ольга впервые за этот день заплакала.
Без крика, без истерики. Слезы просто покатились по ее щекам.