Машина приехала примерно через десять минут. Марина села на заднее сиденье и поставила сумку рядом.
Водитель спросил, включить ли музыку.
Она попросила ехать в тишине.
Родители встретили её около десяти вечера. Нина Сергеевна открыла дверь в домашнем халате, увидела бледное осунувшееся лицо дочери и молча прижала её к себе.
Она не стала задавать вопросов.
Алексей Николаевич поставил чайник, достал чистое постельное бельё и пошёл застилать кровать в старой комнате Марины.
Она легла на кровать, где когда-то спала школьницей. На стенах ещё оставались старые плакаты, а на полке стояли учебники и книги из детства.
Марина смотрела в потолок и не плакала.
Она пыталась понять, как жизнь, которую строила три года, могла развалиться за один вечер.
Первые недели Артём наслаждался свободой. Он встречался с Викторией, ходил по дорогим ресторанам и клубам, публиковал фотографии в социальных сетях: автомобиль, дорогие часы, бокал виски в руке.
Под снимками появлялись подписи вроде: «Живу так, как хочу».
Друзья поздравляли его с «освобождением». Говорили, что Марина всегда тянула его назад и теперь он наконец сможет наслаждаться настоящей жизнью.
Артём чувствовал себя победителем.
Успешным.
Свободным.
Независимым.
За всё это время он ни разу не написал Марине и не позвонил. Он был уверен, что она страдает, а значит, скоро сама придёт и начнёт просить его о возвращении.
Прошло полгода.
Наступил март. На улице ещё держалась прохлада, но солнце уже пригревало почти по-весеннему.
Именно тогда у Артёма начались серьёзные проблемы.
Сначала неприятности казались незначительными. Сорвался один договор: подрядчик оказался мошенником и исчез с авансом в миллион рублей.
Артём почти не расстроился.
«Такое случается, — убеждал он себя. — Вернём деньги».
Но вскоре из проекта вышел крупный инвестор. Артём вложил немалую сумму в строительство торгового центра и рассчитывал получить прибыль примерно через год. Инвестор неожиданно отказался от участия и забрал свою долю.
Артём остался с недостроенным объектом и огромными долгами перед поставщиками.
Он начал принимать решения поспешно, под влиянием эмоций.
Раньше Марина часто читала договоры, которые он приносил домой. Замечала спорные пункты, задавала вопросы.
«Артём, здесь написано, что штраф за задержку составит тридцать процентов. Ты уверен, что вы успеете закончить работу вовремя?»
Или:
«Посмотри, тут мелким шрифтом указана полная материальная ответственность. Может, лучше показать договор юристу?»
Артём раздражался, отмахивался, говорил, что она ничего не понимает. Но позже всё равно перечитывал документы, обдумывал её замечания и перепроверял расчёты.
Теперь рядом не было человека, который мог вовремя остановить его самоуверенность.
Компания теряла один контракт за другим. Деньги исчезали, долги увеличивались. К концу лета Артём понял, что бизнес оказался на грани банкротства.
Вместе с деньгами начали исчезать и друзья.
Пока Артём оплачивал общие счета, бронировал столики в клубах и заказывал дорогой алкоголь, они охотно проводили с ним время. Но едва финансовое положение ухудшилось, у каждого неожиданно нашлись дела.
Кому-то мешала семья.
Кому-то — работа.
Кто-то просто «сильно устал».
Виктория ушла почти сразу после того, как узнала о его проблемах. Артём честно признался ей, что дела идут плохо и на восстановление потребуется время.
Она сказала, что ей нужно всё обдумать.
После этого перестала отвечать на его звонки.
Артём остался один в огромной квартире.
Три комнаты.
Панорамные окна.
Гулкая тишина.
Он сидел на том самом кожаном диване за сто двадцать пять тысяч рублей и впервые понял, что такое настоящее одиночество.
Тогда Артём всё чаще стал вспоминать Марину.
Как она встречала его после работы.
Как готовила ужин.
Как спрашивала, каким был его день.
И всегда интересовалась искренне — не из привычки и не потому, что так было принято.
Ему вспоминался один вечер, когда Марина почти до трёх часов ночи сидела рядом, пока он готовил важную презентацию. Она варила кофе, перепроверяла цифры, находила ошибки и поддерживала его.
Она верила в него.
И именно тогда Артём понял простую вещь: Марина была единственным человеком, которому нужны были не его деньги, не машина, не положение и не образ успешного предпринимателя.
Она любила его самого.
Даже его страхи и слабости, которые он годами прятал за маской уверенного мужчины.
Только теперь, когда почти всё рухнуло, Артём осознал, какое сокровище собственными руками выбросил из своей жизни.
Из-за гордости.
Из-за жестокости.
Из-за глупости.
Чувство вины стало таким тяжёлым, что он почти перестал есть и спать. Ходил по квартире и натыкался на вещи, оставшиеся после Марины.
На кухне стояла кружка с надписью «Лучшему учителю».
Под кроватью лежали домашние тапочки.
На полке оставалась её книга.
В конце концов Артём решил узнать, как она живёт.
Он зашёл в социальные сети, но страница Марины оказалась закрыта. Тогда он написал их общей знакомой Ирине, которая работала в той же школе:
«Ира, как Марина? У неё всё хорошо?»
Ответ пришёл только на следующий день: