Она обулась и положила руку на дверную ручку.
— Ну давай, беги к мамочке! — крикнул Андрей вслед. — Только ключи оставь!
Марина молча сняла ключи и положила их на тумбочку возле двери.
Затем открыла дверь, вышла на лестничную площадку и тихо закрыла её за собой.
Без хлопка.
Несколько секунд она стояла неподвижно. Потом достала телефон и вызвала такси, указав адрес родителей — улицу, где жили Людмила Сергеевна и Виктор Николаевич.
Это была окраина города, обычная двухкомнатная квартира в панельной девятиэтажке.
Машина приехала примерно через десять минут. Марина села на заднее сиденье и поставила сумку рядом.
Водитель спросил, не включить ли музыку.
— Нет, пожалуйста. Давайте в тишине.
Родители встретили её около десяти вечера.
Людмила Сергеевна открыла дверь в домашнем халате. Увидела бледное осунувшееся лицо дочери и просто обняла её. Никаких вопросов она не задавала.
Виктор Николаевич поставил чайник, достал из шкафа чистое бельё и пошёл застилать кровать в старой комнате Марины.
Марина легла на кровать, где когда-то спала ещё школьницей. На стенах всё ещё висели старые плакаты, а на полке стояли детские книги и учебники.
Она смотрела в потолок и не плакала. Просто пыталась понять, как жизнь, которую она строила три года, могла разрушиться за один вечер.
Первые недели Андрей наслаждался свободой.
Он встречался с Натальей — той самой женщиной из переписки, посещал дорогие рестораны и клубы, выкладывал в социальных сетях фотографии своей новой жизни: автомобиль, дорогие часы, бокал виски в руке.
Под снимками он писал:
«Живу так, как хочу».
Друзья поздравляли его с «освобождением». Говорили, что Марина всегда тянула его назад и теперь он наконец сможет жить полной жизнью.
Андрей чувствовал себя победителем. Успешным. Свободным. Независимым.
За всё это время он ни разу не написал Марине и не позвонил. Андрей был уверен, что она страдает и скоро сама появится на пороге. Будет просить его принять её обратно.
Прошло полгода.
Наступил март. На улице ещё было прохладно, но солнце уже пригревало по-весеннему. Именно тогда у Андрея начались первые серьёзные проблемы.
Сначала они казались незначительными.
Сорвался один контракт. Подрядчик оказался мошенником и исчез с авансом в миллион рублей.
Андрей особо не переживал.
«Ничего страшного, — сказал он себе. — Такое случается. Деньги ещё отобьём».
Но вскоре из проекта вышел крупный инвестор. Андрей вложил большую сумму в строительство торгового центра и рассчитывал получить прибыль примерно через год. Инвестор неожиданно отказался от участия и забрал свою долю.
Андрей остался с недостроенным объектом и огромными долгами перед поставщиками.
Он стал принимать решения всё более поспешно и необдуманно.
Раньше Марина часто читала договоры, которые Андрей приносил домой. Она замечала спорные пункты, задавала вопросы.
«Андрей, здесь написано, что штраф за задержку составляет тридцать процентов. Ты уверен, что вы успеете закончить вовремя?»
Или:
«Посмотри, тут мелким шрифтом указана полная материальная ответственность. Может, всё-таки покажешь договор юристу?»
Андрей раздражался, отмахивался, говорил, что она ничего не понимает. Но потом всё равно перечитывал бумаги, обдумывал её замечания и ещё раз проверял расчёты.
Теперь рядом не было человека, который мог вовремя остановить его самоуверенность.
Компания теряла контракты один за другим. Деньги исчезали, долги увеличивались. К концу лета Андрей понял, что бизнес оказался практически на грани банкротства.
Постепенно исчезли и друзья.
Раньше они охотно проводили с ним время. Андрей оплачивал счета за всех, бронировал столики в клубах, заказывал дорогой алкоголь. Но когда денег стало заметно меньше, у каждого внезапно обнаружились дела.
У одного семья.
У другого работа.
Третий просто оказался слишком занят.
Наталья исчезла почти сразу после того, как узнала о финансовых трудностях Андрея.
Он признался ей, что дела идут плохо и на восстановление потребуется время. Наталья ответила, что ей нужно всё обдумать.
После этого она перестала отвечать на его звонки.
Андрей остался один в огромной квартире.
Три комнаты.
Панорамные окна.
Тишина.
Он сидел на том самом чёрном кожаном диване за сто двадцать пять тысяч рублей и впервые понял, насколько страшным может быть одиночество.
Тогда он начал всё чаще вспоминать Марину.
Как она встречала его после работы.
Как ставила на стол ужин.
Как спрашивала, каким был его день.
И интересовалась не из вежливости, а потому что ей действительно было важно.
Он вспомнил, как однажды Марина почти до трёх часов ночи сидела рядом, пока он готовил важную презентацию. Она варила кофе, перепроверяла цифры, замечала ошибки и поддерживала его.
Она верила в него.
И тогда Андрей наконец понял простую вещь: Марина была единственным человеком, который любил не его деньги, не автомобиль, не положение и не образ успешного предпринимателя.
Она любила самого Андрея — вместе с его страхами и слабостями, которые он годами прятал за маской уверенного мужчины.
Только теперь, когда почти всё рухнуло, он осознал, какое сокровище собственными руками выбросил из своей жизни.