Муж резко поднялся.
— Я не разрешал маме объявлять о нашем разводе!
— Но и исправлять ее слова не собирался.
— Я сегодня с ней поговорил!
— После того как увидел фотографию документа из суда.
Игорь прошелся по кухне.
— Потому что ты не оставила мне времени!
— Пятнадцати лет оказалось недостаточно?
— Опять громкие заявления!
— Хорошо. Давай только о вчерашнем. Я попросила тебя сказать матери, что она распространила неправду. Ты отказался. Потом спросила, хочешь ли ты оставаться моим мужем. Ты не смог ответить. Зато почти сразу начал обсуждать, как избежать споров из-за квартиры.
Игорь открыл рот, но возразить не смог.
Тамара Сергеевна встала рядом с сыном.
— Игорь просто понимает, что ты захочешь отобрать у него половину имущества!
— Я заявила свои требования, — спокойно ответила я. — Что кому принадлежит и какие обстоятельства следует учитывать, решат в установленном порядке. Не вы на семейном совещании.
— На нашем совещании?!
— На моей кухне.
Лицо свекрови покраснело от злости, но кричать она пока не стала.
— Вот как ты теперь разговариваешь!
— Так же, как вчера. Просто вчера вы не считали нужным меня слышать.
Игорь снова сел.
— Давай без крайностей. Есть более простой вариант.
— Я слушаю.
— Раз ты уже подала заявление, не будем затягивать развод. А с квартирой договоримся отдельно.
— Что именно ты предлагаешь?
— Ты отказываешься от требований по квартире. За машину можно обсудить компенсацию. Спокойно, без судебной войны из-за каждой мелочи.
Я смотрела на него и чувствовала не злость, а глубокую усталость.
За последние сутки он ни разу не смог прямо сказать, хочет ли сохранить наш брак.
Но стоило разговору коснуться квартиры, как у него сразу появилась ясная позиция.
— Вот теперь ты действительно определился, — сказала я.
— В каком смысле?
— В вопросе брака ты вчера сомневался. А когда речь зашла о квартире, нужные слова нашлись мгновенно.
— Ты несправедлива.
— Возможно.
Я придвинула к себе папку.
— Но заявление отзывать не стану.
Тамара Сергеевна ударила ладонью по столу.
— Значит, ты все заранее подготовила!
— Что именно?
— Ждала удобного случая!
— Повод создали вы. А решение я приняла сама.
— Игорь, ты слышишь, что она говорит?
Муж не поднимал головы.
— Слышу, мам.
— И собираешься просто сидеть?
Он медленно встал.
— А что ты предлагаешь?
— Собирай вещи и поезжай ко мне! Пусть Марина поживет одна. Может, тогда одумается.
Я посмотрела на мужа.
Все снова происходило по одному и тому же сценарию.
Свекровь решала, куда он должен ехать, когда мне следует сожалеть и как мы обязаны поступить.
А Игорь снова ждал готового решения.
Он взглянул на меня.
— Наверное, я действительно поживу несколько дней у мамы.
— Хорошо.
Тамара Сергеевна явно ожидала другой реакции.
— И это все?
— А чего вы хотели?
— Ты даже не попытаешься его остановить?
— Нет.
Игорь молча вышел из кухни.
Через несколько минут из спальни донесся звук открываемых шкафов.
Свекровь осталась напротив меня.
— Ты не понимаешь, что делаешь.
— Возможно.
— Пятнадцать лет брака выбрасываешь на помойку!
— Заметьте, не я вчера первой объявила родственникам о разводе.
— Я хотела добра своему сыну!
— Я понимаю.
Она сняла сумку с подоконника.
— Игорь никогда тебе этого не простит!
— Это будет его решение. Наверное, первое за последние два дня.
Тамара Сергеевна промолчала.
Вскоре Игорь появился в коридоре с дорожной сумкой. Он сложил несколько рубашек, джинсы, зарядку, бритву и ноутбук. Надел куртку, потом достал связку ключей.
— Ключи оставить?
— Пока оставь. Здесь еще твои вещи.
Он убрал ключи обратно в карман.
— Ты все решила за один вечер, Марина.
Я внимательно посмотрела на человека, с которым прожила пятнадцать лет.
— Нет, Игорь. Этот вечер просто показал, что решение все равно придется принимать мне.
Тамара Сергеевна открыла дверь.
Муж задержался на пороге, будто ждал, что я передумаю, попрошу его остаться или снова уступлю.
Но я молчала.
Он вышел вслед за матерью.
Я закрыла дверь и вернулась на кухню.
На столе по-прежнему лежала синяя папка. В ней находилась моя копия заявления с сегодняшней отметкой о принятии.
Еще вчера Тамара Сергеевна уверенно рассказывала родственникам, чем закончится мой брак. Она объявляла чужие решения, заранее делила имущество и распоряжалась судьбой собственного сына.
Но теперь даже ей стало ясно: прежний порядок больше не работает.
Впервые свекровь не знала, что будет дальше.
Потому что продолжение этой истории зависело уже не от ее слов и распоряжений.
И даже не от бесконечных сомнений Игоря.
Впервые за долгие годы я сама решала, каким будет мое будущее.
И странно — несмотря на расставание, предстоящие судебные хлопоты и пятнадцать лет брака за плечами, мне стало спокойно.
Мне больше не нужно было ждать, когда кто-нибудь наконец разрешит мне жить собственной жизнью.