Утром мы встретились на кухне. На лице Виктора играла самодовольная улыбка, и я решила сразу пресечь любые возможные фантазии.
— Витя, давай сразу всё проговорим, чтобы потом не было недоразумений, — сказала я спокойно, но твёрдо. — Вчерашнее не повторится. Это была случайная слабость, минутный порыв, и только. Мы остаёмся соседями. Никаких отношений и совместной семейной жизни я не хочу.
Улыбка тут же сошла с его лица. Он явно растерялся, посмотрел на меня с недоумением, но спорить не стал.
— Хорошо, Людмила. Как скажешь, — тихо ответил он и ушёл к себе.
Я почувствовала облегчение. Мне казалось, что я выразилась предельно ясно и теперь никаких проблем не возникнет.
Как же сильно я ошибалась.
С виду наша жизнь снова стала обычной. Но постепенно Виктор начал вести себя так, будто осторожно прощупывал границы и выяснял, насколько далеко ему позволено зайти.
Поначалу его действия казались почти безобидными.
Стоило мне начать готовить ужин, как квартирант обязательно появлялся на кухне. Он заглядывал под крышки, принюхивался к запахам и тяжело вздыхал.
— Ну до чего же вкусно у тебя пахнет! — протяжно говорил он. — Сразу детство вспоминается. А мне опять макароны варить. Всё нынче такое дорогое, что на мясо денег не остаётся.
Я прекрасно понимала, чего он добивается. Виктор рассчитывал, что мне станет его жалко, я приглашу его к столу и положу перед ним тарелку горячего домашнего ужина.
Но уступать я не собиралась.
Я спокойно накладывала еду себе и уходила ужинать в свою комнату.
Затем появились новые мелочи. Я заметила, что стиральный порошок исчезает подозрительно быстро. Туалетная бумага, которой обычно хватало надолго, начала заканчиваться за считаные дни.
Вскоре всё стало понятно: Виктор перестал покупать необходимые хозяйственные вещи и без разрешения пользовался моими запасами.
Пришлось снова с ним поговорить.
— Виктор, хочу напомнить: деньги у каждого свои, — прямо сказала я. — Порошок, мыло и всё остальное покупай самостоятельно.
Он недовольно скривился, пробормотал что-то о моей жадности и придирках, однако после разговора брать мои вещи перестал.
Было ясно, что подобный порядок его раздражает.
Скорее всего, после той ночи он представлял наше общение совсем иначе. Похоже, Виктор привык, что женщина готовит, занимается бытом, создаёт уют и постепенно берёт на себя все его проблемы. Но со мной привычная схема не сработала.
Наконец подошёл день очередной оплаты.
По договорённости Виктор должен был передавать деньги пятнадцатого числа каждого месяца. Раньше он делал это без напоминаний. Но пятнадцатое прошло, наступило шестнадцатое, а денег я так и не увидела.
Сам квартирант выглядел совершенно спокойно, словно ничего не случилось.
Вечером семнадцатого я решила больше не ждать. Просрочки и растущий долг меня не устраивали.
Я подошла к его комнате и постучала.
Виктор открыл дверь, держа в руках книгу.
— Витя, оплата должна была быть два дня назад, — сказала я ровно, но строго. — Когда ты собираешься заплатить за следующий месяц?
Он посмотрел на меня так, словно я сообщила что-то невероятное. Потом медленно положил книгу на тумбочку и снисходительно улыбнулся.
— Людочка, какие ещё деньги? — протянул он, разводя руками. — Ты о чём вообще? Мы ведь уже не чужие. Живём вместе, почти семья. Разве между близкими людьми принято считать каждую копейку?
От такой наглости я на мгновение потеряла дар речи.
Неужели он решил, что одна случайная ночь дала ему пожизненное право бесплатно жить в моей квартире?
— И с какого момента мы стали семьёй? — спросила я, глядя ему прямо в лицо. — Я ещё месяц назад ясно сказала, что между нами нет никаких отношений. Ты не мой муж, не родственник и не гражданский супруг. Ты человек, который снимает у меня комнату. Поэтому всё просто: либо ты сейчас оплачиваешь жильё, либо собираешь свои вещи и освобождаешь квартиру.
В этот момент Виктора словно подменили.
С его лица исчезла самоуверенная улыбка, а черты исказились от злости. От прежней скромности и вида несчастной жертвы, которую якобы обидела бывшая женщина, не осталось и следа.
— Да ты просто жадная старуха! — прошипел он. — Я к тебе по-человечески относился, думал, встретил нормальную женщину, а тебе только деньги нужны! Сама со мной ночь провела, а теперь ещё за комнату платить заставляешь! Да кому ты вообще нужна в таком возрасте, особенно с таким мерзким характером?!
Я не отвела взгляда.
— Либо платишь, либо уходишь. Другого выбора нет.
Кричать и скандалить я не собиралась.
Судя по всему, денег на аренду у Виктора не было. Вероятно, он заранее придумал хитрый план: представить себя моим новым спутником, а затем перестать платить, будто теперь имеет право жить здесь бесплатно.
Но расчёт не оправдался.
Разозлённый квартирант резко отвернулся, распахнул шкаф и начал с яростью выдёргивать одежду. Вещи одна за другой летели в спортивную сумку. Он хлопал дверцами, что-то ругал себе под нос и всеми силами показывал, насколько возмущён моим решением.