«Вот видите? Всё было бы намного проще, если бы вы с самого начала сотрудничали».
Виктория чуть повернула голову.
«Я сотрудничала».
«Вы всё время спорили».
«Я задавала вопросы».
Второй полицейский хмыкнул.
«Разницы практически нет».
Только теперь на лице Виктории впервые появилось другое выражение.
Не испуг.
Не ярость.
Скорее неподдельное удивление.
Она посмотрела прямо на офицера, стоявшего рядом.
«Вы действительно хотите продолжать?»
Он рассмеялся.
«Это что, угроза?»
«Нет».
Виктория сделала небольшую паузу.
«Предупреждение».
Первый офицер раздражённо закатил глаза.
«Такие люди, как вы, всегда уверены, что лучше всех знают законы».
Виктория промолчала.
Через секунду она добавила:
«Во внутреннем кармане моей куртки лежит одна вещь».
Полицейский подозрительно прищурился.
«Какая ещё вещь?»
«Небольшой кожаный футляр».
Он усмехнулся.
«Там что-то опасное?»
«Вам лучше достать его».
Офицеры обменялись насмешливыми взглядами.
«Хорошо».
Один из них запустил руку во внутренний карман куртки Виктории и почти сразу нащупал футляр.
Он достал его наружу.
Небольшой, тёмный, из мягкой кожи.
Полицейский повертел находку в пальцах.
«И что это такое?»
Виктория взглянула на него.
«Откройте».
Мужчина раскрыл футляр — и его улыбка исчезла.
Несколько секунд он молча смотрел внутрь. 😳
Напарник нахмурился.
«Что там?»
Ответа не последовало.
«Я спрашиваю, что там?»
Второй офицер выхватил футляр из его руки.
И тоже замер.
Внутри лежал служебный жетон.
Рядом находилось государственное удостоверение с фотографией Виктории и её полными данными.
Надпись под фотографией не оставляла места для сомнений:
ОТДЕЛ ВНУТРЕННИХ РАССЛЕДОВАНИЙ.
Оба полицейских замолчали.
Виктория по-прежнему стояла в наручниках, прижатая к машине.
Первый офицер снова посмотрел на удостоверение.
Потом на женщину.
Затем ещё раз на документ.
«Вы…»
«Да».
Кровь словно отхлынула от его лица.
Его напарник перечитал надпись, будто надеялся обнаружить ошибку или увидеть другие слова.
Виктория немного развернулась, чтобы видеть обоих.
«Я спрашивала, почему меня остановили».
В ответ — тишина.
«Я просила назвать ваши имена».
Ни один из них не произнёс ни слова.
«Я выполнила всё, что вы требовали».
Первый офицер торопливо принялся снимать наручники.
«Мэм, очевидно, случилось недоразумение».
Виктория медленно посмотрела на него.
«Недоразумение?»
«Нам сообщили о подозрительной машине».
«Что именно вам сообщили?»
Он замялся.
Напарник быстро попытался перехватить разговор.
«Автомобиль совпадал с описанием».
«С каким описанием?»
На этот вопрос ответа снова не нашлось.
Виктория перевела взгляд на патрульную машину.
«Думаю, запись переговоров с диспетчером поможет всё прояснить».
Второй офицер нервно сглотнул.
«Мы можем объяснить, что произошло».
«Уверена, вам ещё представится такая возможность».
Наконец первый патрульный снял наручники.
Виктория медленно опустила руки. На коже вокруг запястий уже проступили яркие красные следы.
Всего за несколько мгновений грубость и напор сменились сбивчивыми извинениями.
«Мы не знали, кто вы».
Виктория осторожно провела пальцами по одному из запястий.
«В этом и состоит главная проблема».
Офицеры ничего не сказали.
Она посмотрела на них прямо.
«Значит, всё это было бы нормально, если бы на моём месте оказалась другая женщина?»
Этот вопрос оказался для них тяжелее всех предыдущих.
Первый полицейский открыл рот, но не нашёлся, что ответить.
Тогда Виктория взглянула на свою машину.
Небольшая камера возле лобового стекла продолжала мигать.
Офицеры проследили за её взглядом.
Их лица снова изменились.
«Автомобиль записывает всё происходящее», — спокойно сообщила Виктория.
Второй патрульный уставился на устройство.
«Вы нас снимали?»
«Запись началась ещё до того, как вы подошли к окну».
Первый офицер побледнел ещё сильнее.
Виктория достала с переднего сиденья телефон.
«Файл уже отправлен в резервное хранилище».
«Послушайте, — торопливо заговорил один из мужчин, — давайте не будем усугублять ситуацию».
На губах Виктории появилась едва заметная улыбка.
«Забавно слышать это сейчас».
«Что именно?»
«Ещё несколько минут назад вы не собирались ничего смягчать».
Вдали показался автомобиль.
Через некоторое время появился второй.
Это были машины без полицейских обозначений. За ними двигался служебный внедорожник руководителя подразделения.
Оба офицера повернули головы к дороге.
Один из них тихо выругался.
Виктория отошла от своей машины.
«Пожалуй, теперь вам стоит оставаться на месте».
На этот раз ни один не возразил.
Через несколько минут начальник подразделения уже стоял у патрульного автомобиля и слушал спокойный рассказ Виктории.
Следы на её руках сфотографировали.
Записи с нагрудных камер изъяли.
Запросили сведения из диспетчерской службы.
Видео с камеры Виктории перенесли на отдельный носитель.
Офицеров развели по разным сторонам, прежде чем они начали давать объяснения.
История об «обычной проверке» развалилась почти сразу.
Виктория не нарушала правил.
Сообщения о её автомобиле от диспетчера не поступало.
Никакой ориентировки не существовало.