— Это Алина — самый дорогой человек в моей жизни.
Отец произнёс это, не выпуская моей руки.
За столом напротив нас сидели четверо мужчин. После его слов все они замолчали. Двое с удивлением уставились на меня, третий поспешно отвёл взгляд, а седовласый мужчина медленно поставил бокал на скатерть.
— Значит, она до сих пор ничего не знает? — тихо спросил он.
Ладонь отца мгновенно напряглась.
— Сергей, не сейчас.
И именно тогда я почувствовала: этот ужин был устроен не ради обычной встречи старых друзей.
За день до этого отец позвонил мне и попросил оставить свободным субботний вечер. От него редко исходили подобные приглашения. Он почти никогда не водил меня в дорогие рестораны и уж тем более не представлял своим давним приятелям. Даже в дни рождения всё обычно ограничивалось коротким поздравлением и конвертом с деньгами.
Отец всегда следил, чтобы у меня было всё необходимое. Но тепла между нами почти не ощущалось. Он не обнимал меня, не говорил о любви и крайне редко упоминал мою мать. Мне было известно только одно: она умерла через несколько месяцев после моего рождения.
Когда в детстве я спрашивала, на кого похожа, отец неизменно отвечал:
— У тебя мамины глаза.
После этого он замыкался и уходил в соседнюю комнату.
Но в тот вечер рядом со мной сидел будто совсем другой человек. Отец забронировал отдельный столик в дорогом ресторане, достал из шкафа чёрный костюм, который не надевал много лет, и положил в центр стола плотный коричневый конверт. На лицевой стороне были аккуратно написаны мои имя и фамилия.
— Что внутри? — спросила я.
— Откроешь после ужина.
— Почему не сейчас?
— Потому что после этого тебе, возможно, не захочется оставаться здесь до конца вечера.
От его ответа по спине у меня прошёл холод.
Сначала я решила, что отец серьёзно заболел, а в конверте лежат документы, связанные с наследством. Но вскоре заметила нечто другое: его друзья избегали смотреть мне в глаза. Официанты принесли блюда, однако я едва заставила себя сделать пару глотков воды.
Мужчины начали вспоминать молодость. Время от времени в их разговорах звучало имя Елена, и каждый раз отец заметно напрягался.
Так звали мою мать.
— Ты удивительно похожа на неё, — вдруг сказал Сергей.
— Вы были хорошо знакомы с моей мамой?
Он уже собирался ответить, но отец тут же остановил его:
— Мы пришли сюда не для того, чтобы говорить о Елене.
— Тогда зачем? — не выдержала я. — Что вы от меня скрываете?
За столом снова стало тихо.
Через несколько минут зазвонил телефон отца. Он коротко извинился и вышел на балкон. Как только стеклянная дверь закрылась, Сергей наклонился ко мне.
— Послушай внимательно. Что бы ты сегодня ни узнала, не спеши его осуждать. Сначала выслушай всё до конца.
— Почему вы это говорите? Что он сделал?
Сергей бросил взгляд на моего отца, стоявшего за стеклом.
— Двадцать два года назад он заставил нас поклясться, что ты никогда не узнаешь, что произошло в ту ночь.
— О какой ночи вы говорите?
— О той, когда твоя мать принесла ему младенца и сказала, что больше не вернётся.
У меня перехватило дыхание.
— Что это значит? Отец всю жизнь говорил, что мама умерла.
Лицо Сергея изменилось. Казалось, только теперь он понял, что рассказал лишнее.
И в этот момент отец вернулся.
Я резко поднялась со стула.
— Мама отдала тебе ребёнка и ушла? Она всё это время могла быть жива?
Отец не ответил.
Его молчание оказалось страшнее любых слов.
Я схватила сумку.
— Ты лгал мне всю жизнь.
— Алина, пожалуйста, сядь.
— Я росла с мыслью, что моя мать умерла! А теперь выясняется, что она могла просто исчезнуть и все эти годы жить где-то далеко.
— Сначала открой конверт.
— Мне не нужны твои деньги.
— Там не деньги.
Он медленно подвинул конверт ко мне.
Пальцы дрожали, когда я разорвала бумагу.
Продолжение читайте в комментариях ‼️👇‼️👇
Внутри лежали пожелтевшие бумаги, старый больничный браслет новорождённого и сложенное письмо, написанное женским почерком.
Но стоило мне прочитать первую строчку одного из документов, как ноги стали ватными. Я снова опустилась на стул.
«Биологический отец ребёнка: не установлен».
Ниже значилось:
«Законный опекун: Виктор Соколов».
Виктор Соколов — человек, которого я с самого детства называла папой.
— Что это значит?
Отец сел напротив. Некоторое время он не решался поднять глаза.
— Я не твой биологический отец.
На несколько секунд мне показалось, что шум ресторана исчез. Я больше не слышала ни голосов, ни звона посуды, ни музыки.
Потом отец начал рассказывать.
Он любил мою мать ещё с юности. Но Елена выбрала другого мужчину. Тот исчез, едва узнал о её беременности, и больше никогда не появился в её жизни.
Вскоре после моего рождения врачи обнаружили у матери тяжёлое заболевание сердца. Она понимала, что жить ей осталось недолго.
В один дождливый вечер Елена приехала к отцу домой, прижимая меня к себе.
— Она отдала тебя мне и попросила только об одном: если с ней что-нибудь случится, не дать тебе оказаться в детском доме, — тихо произнёс отец. — Уже на следующее утро её увезли в больницу. Через несколько недель Елены не стало.