— Не из-за меня. Из-за собственной лжи и чужого желания пустить пыль в глаза.
— Я твой муж! — заорал Павел. Его голос разнесся эхом по подъезду.
За соседней дверью что-то тихо скрипнуло.
— Ты должна была меня выручить! Я видел, что у тебя на счетах еще полмиллиона! Для тебя оплатить такой счет вообще не проблема! Ты просто жадная, бессердечная тварь!
Ирина спокойно кивнула.
— Возможно. Зато мои деньги остались у меня. А у тебя теперь долги и два чемодана. Из подъезда — по коридору и налево. Ключи оставь здесь.
Павел замер.
До него наконец дошло, что все происходит всерьез.
Он посмотрел на свои вещи, разбросанные по грязному коврику лестничной площадки. Прежняя наглость исчезла с его лица.
— Ир… Иришка… Прости меня. Давай просто поговорим. На улице минус десять, мне некуда идти. Мама в больнице, у Ольги парень ночует, меня туда не пустят. Разреши хотя бы переночевать. Завтра я все решу. Деньги верну. Отработаю.
Ирина сняла с крючка связку его ключей и звонко бросила ее в пакет с обувью.
— Езжай к маме в больницу. Там хотя бы тепло.
Она отступила назад и с силой захлопнула дверь.
Замок повернулся дважды.
Несколько секунд по ту сторону было тихо. Потом Павел ударил кулаком по металлу.
— Открой! Ты не имеешь права! Это и моя квартира тоже!
Ирина прижалась спиной к прохладной двери.
Квартира досталась ей от отца задолго до свадьбы.
Об этом обстоятельстве Павлу тоже придется вспомнить.
Она прошла на кухню, включила чайник и достала любимую кружку с желтыми котами.
В наступившей тишине отчетливо слышались гудение холодильника и приглушенные ругательства Павла за дверью. Он пытался закрыть переполненный чемодан.
Чай получился крепким.
Ирина сделала несколько глотков, подошла к окну и посмотрела вниз, на темную улицу, где редкие прохожие торопливо пробирались сквозь холод.
Теперь ей не нужно будет откладывать деньги на общий ремонт.
Не придется терпеть бесконечные визиты Ольги.
И уж точно не придется объяснять взрослому мужчине, почему красть семейные накопления ради показного банкета — это ненормально.
А как бы вы поступили на месте Ирины? Оставили бы мужа и свекровь самостоятельно разбираться с рестораном, полицией и огромным счетом — или решили бы, что родственные связи важнее обиды и все-таки заплатили?