— Андрей Петрович… я не знаю, как вам об этом сказать. Если решите, что я всё выдумала, можете уволить меня уже завтра. Но если вы сейчас не захотите меня выслушать, утром всё может измениться…
Я несколько мгновений молча смотрел на Наталью.
За высокими окнами кабинета шел мелкий осенний дождь. Дом погрузился в ночную тишину, и только старые часы на стене отмеряли секунды. Когда-то их подарила мне первая жена.
Почему-то именно в ту ночь их размеренный ход раздражал особенно сильно.
— Наталья, ты вообще понимаешь, который час? — спросил я наконец.
— Понимаю.
Она осторожно закрыла дверь.
— Тогда говори.
Наталья подошла к письменному столу и положила передо мной свой телефон.
— Сегодня вечером я убирала на кухне. Виктория разговаривала по телефону в холле и думала, что я уже ушла.
При имени жены я невольно напрягся.
— И что дальше?
Наталья замялась, подбирая слова.
— Она сказала ваше имя.
— Что именно?
Домработница сглотнула.
— «Осталось всего несколько дней. Главное, чтобы Андрей ничего не понял раньше времени».
В груди у меня неприятно похолодело.
— Ты уверена, что не ослышалась?
— Андрей Петрович, я слышала каждое слово.
Я постарался отмахнуться от тревоги.
— Возможно, она готовит мне сюрприз.
— Сначала я тоже так подумала.
Наталья разблокировала экран.
— Поэтому и не стала сразу вам рассказывать.
На фотографии была Виктория.
Моя молодая жена стояла у чёрной машины на парковке возле торгового центра. Рядом находился мужчина примерно её возраста.
Я приблизил изображение.
— Кто он?
— Не знаю.
— Откуда у тебя этот снимок?
— Три дня назад я увидела их из окна кафе напротив. Тогда не придала встрече значения.
Сама по себе эта фотография ничего не доказывала.
У Виктории могли быть приятели, знакомые, деловые связи.
Но Наталья показала мне следующий снимок.
И тогда тревога стала почти физической.
На экране лежал документ.
Документ, который принадлежал мне.
Я сразу узнал свою подпись внизу страницы.
— Где ты это нашла?
— В комнате Виктории.
Я резко поднял голову.
— Ты рылась в вещах моей жены?
— Нет! Я вытирала пыль со стола. Бумага лежала под раскрытой папкой.
Наталья торопливо продолжила:
— Я не понимаю в юридических документах, поэтому сфотографировала его и показала одному знакомому. Он работает помощником нотариуса.
— И что он сказал?
Она посмотрела мне прямо в глаза.
— Что документ касается распоряжения частью вашего имущества.
В кабинете повисла тяжёлая тишина.
Я вспомнил, как в последние месяцы Виктория всё чаще убеждала меня заняться бумагами.
«Андрей, тебе уже семьдесят два. Нельзя бесконечно откладывать такие вещи», — повторяла она.
Меня раздражало, когда она напоминала о возрасте, хотя по существу жена была права.
У меня имелись дома, бизнес, банковские счета, вложения.
Я привык думать, что держу под контролем каждую деталь своей жизни.
Но теперь впервые за долгое время задал себе вопрос: действительно ли это так?
— Почему ты сказала, что утром может оказаться поздно?
Наталья понизила голос.
— Сегодня утром Виктория снова говорила с тем мужчиной.
— Ты слышала их разговор?
— Да.
— Что она сказала?
Наталья почти беззвучно произнесла:
— «После завтрака он подпишет последнюю бумагу. А потом всё станет намного проще».
Пальцы у меня заледенели.
В этот момент дверная ручка медленно пошла вниз.
Мы оба замолчали.
Дверь открылась.
На пороге стояла Виктория.
Моя жена была младше меня на тридцать восемь лет.
Даже в домашнем халате, без косметики, она выглядела так, что я невольно вспомнил нашу первую встречу. Тогда мне казалось, будто судьба подарила меня вторую молодость.
Теперь же я впервые подумал: что именно наш брак подарил ей?
Виктория улыбнулась.
— Андрей, почему ты ещё не спишь?
Потом заметила Наталью.
Улыбка мгновенно исчезла.
— А она что делает здесь в такое время?
И именно тогда я увидел в глазах жены то, чего прежде никогда не замечал.
Страх.
Я понял: Наталья рассказала мне далеко не всё.
Глава 2. Бумаги, которые должны были оказаться под моей подписью
Виктория застыла в дверях.
Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга.
— Я спросила, — повторила она. — Почему Наталья находится здесь почти в полночь?
Домработница опустила глаза.
Я ответил раньше неё:
— Разговаривает со мной.
— О чём?
— О тебе.
На лице Виктории едва заметно дрогнула мышца. Это длилось всего мгновение, а затем она усмехнулась.
— Андрей, ты серьёзно? Опять поверил прислуге?
Наталья вспыхнула.
— Я ничего не выдумывала!
Виктория резко повернулась к ней:
— Тебя никто не спрашивал.
— Довольно, — сказал я.
Обе женщины тут же замолчали.
— Наталья, езжай домой.
Она тревожно посмотрела на меня.
— Андрей Петрович…
— Я сказал: домой.
Наталья забрала телефон, но у двери остановилась.
— Я прошу вас только об одном.
Виктория скрестила руки на груди.
— Разумеется.
Наталья даже не взглянула на неё.
— Завтра ничего не подписывайте. Что бы вам ни предложили.
После этого она вышла.
Мы с Викторией остались вдвоём.
Жена закрыла дверь и несколько секунд стояла неподвижно. Потом подошла ко мне.
— Ты действительно поверил этой женщине?