— Сейчас я не верю никому.
— Андрей…
Виктория положила руки мне на плечи.
Раньше одного её прикосновения хватало, чтобы я успокоился.
Но в ту ночь я не сделал ни малейшего движения.
— Ты ведь знаешь, как сильно я тебя люблю.
Когда-то эти слова согревали меня. Теперь они прозвучали заученно и пусто.
— Кто был рядом с тобой на парковке?
Её пальцы замерли.
— Какой ещё мужчина?
— Не притворяйся.
Виктория медленно убрала руки.
— Значит, Наталья ещё и шпионит за мной?
— Ответь.
Жена отвернулась к окну.
— Это юрист.
— Как его зовут?
— Игорь.
— Игорь кто?
Она обернулась.
— Соколов.
— Зачем ты встречалась с ним без меня?
— Потому что занималась документами.
— Какими именно?
Виктория раздражённо вздохнула.
— Андрей, мы уже множество раз это обсуждали. Наследство, доверенности, счета, бизнес. Ты постоянно откладываешь всё на потом.
Её объяснение звучало логично.
Слишком логично.
— И завтра мне предстоит что-то подписать?
Она улыбнулась.
— Да.
— Что?
— Обычную доверенность.
— Утром я её увижу.
Улыбка стала натянутой.
— Конечно.
Виктория коснулась губами моей щеки.
— Только не позволяй посторонним разрушить наш брак.
С этими словами она вышла.
Я дождался, пока её шаги стихнут, и запер дверь кабинета.
Затем вспомнил, что ещё до свадьбы говорила моя дочь:
— Папа, ты ведь знаком с ней всего несколько месяцев.
Тогда я рассердился. Мне казалось, дети просто не способны принять тот факт, что их пожилой отец снова счастлив.
Я раскрыл ежедневник и крупно написал:
НЕ ПОДПИСЫВАТЬ НИЧЕГО.
После этого подошёл к сейфу.
Мне необходимо было проверить документы.
Ключ находился у меня. Код знал только я.
Замок щёлкнул.
Я начал перебирать папки одну за другой.
Недвижимость.
Бизнес.
Страховые документы.
Завещание…
И вдруг застыл.
Конверта не было.
Именно в нём хранилась копия моего последнего завещания.
Я совершенно точно помнил, что несколько часов назад видел его в сейфе.
Значит, кто-то сумел открыть хранилище.
Впервые за много лет я почувствовал себя беспомощным в собственном доме.
Глава 3. Человек, которого будто не существовало
До рассвета я почти не спал.
В голове снова и снова звучали услышанные фразы:
«Осталось несколько дней».
«После завтрака он подпишет последнюю бумагу».
Исчезнувшее завещание.
Незнакомец возле Виктории.
Юридические документы.
Около пяти утра снизу послышался негромкий шум.
Я сел на кровати.
Через несколько секунд хлопнула входная дверь.
Кто-то вошёл в дом.
Я накинул халат и спустился вниз.
В прихожей стояла Наталья.
— Ты?
Она вздрогнула.
— Простите меня.
— Что ты делаешь здесь в пять утра?
— Я…
Наталья опустила глаза.
— Забыла телефон.
Я посмотрел на её руку.
Телефон был при ней.
Наталья тяжело вздохнула.
— Ладно. Я соврала.
— Зачем ты пришла?
Она заплакала.
— Потому что вчера сказала вам не всё.
Внутри у меня снова стало холодно.
— Почему?
— Мне было страшно.
— Кого ты боялась?
Ответ прозвучал почти шёпотом:
— Викторию.
Мы прошли на кухню.
Наталья достала из сумки конверт.
— Я нашла это несколько дней назад.
Внутри оказалась банковская выписка.
Я пробежал взглядом по строкам, сначала не понимая, что именно вижу. Потом заметил сумму.
Она была слишком крупной, чтобы принять перевод за случайность.
Деньги ушли с одного из моих счетов.
Получателем значился Игорь Соколов.
Тот самый человек с фотографии.
— Что это?
— Я не знаю.
— Кто он такой?
Наталья долго молчала, а потом произнесла:
— Бывший муж Виктории.
Мне понадобилось несколько секунд, чтобы осознать смысл этих слов.
— Какой ещё бывший муж?
— Игорь Соколов был её супругом.
— Это невозможно.
— Почему?
— Виктория говорила, что никогда не была замужем.
Наталья покачала головой.
— Она вам солгала.
Сердце забилось быстрее.
— Откуда ты знаешь?
— Я видела копию свидетельства о браке.
Мне пришлось сесть.
Женщина, с которой я прожил три года, уверяла, что до меня у неё были лишь непродолжительные отношения.
Никакого мужа.
Никакого развода.
А теперь выяснилось, что бывший супруг не только существовал, но и продолжал тайно встречаться с ней.
Более того, на его счёт переводились мои деньги.
— Почему ты молчала?
Наталья закрыла лицо ладонями.
— Мне нужна была эта работа.
— Это не объяснение.
Она взглянула на меня сквозь слёзы.
— Виктория помогала моей матери.
— В чём именно?
— Мама тяжело заболела. На лечение требовались деньги. Виктория каким-то образом узнала об этом.
— И что потом?
Наталья с трудом выговорила:
— Она сказала, что оплатит лечение, если я буду ей помогать.
— Как?
— Следить за вами.
Я не сразу понял услышанное.
— Что ты сказала?
— Я должна была сообщать, кто вам звонит, какие письма приходят, когда вы видитесь с детьми, какие лекарства принимаете и какие документы приносит юрист.
Меня затошнило.
— И ты согласилась?
Наталья опустила голову.
— Да.
— Как долго?
— Несколько месяцев.
Я поднялся и отвернулся к окну.
Мне было одинаково противно от Виктории, от Натальи и от самого себя.
Я считал себя человеком, который умеет разбираться в людях. Сорок лет занимался бизнесом, распознавал ложь партнёров и недобросовестных сотрудников.