Потом долго ничего не было слышно.
Очевидно, говорила Людмила Петровна.
Когда Андрей заговорил снова, голос его стал тише:
— Я понимаю… Правда понимаю. Но я не могу так поступить.
Елена снова повернулась к экрану.
Вечером они поехали в магазин.
Обычный августовский вечер. Супермаркет находился в десяти минутах езды, но на выезде со двора уже тянулась пробка.
Андрей молча вёл машину.
Елена смотрела в боковое окно на пыльный, раскалённый город. Наступило то время августа, когда солнце уже не обжигает кожу, но всё ещё ослепляет.
— Она сказала, что я выбрал жену вместо матери, — наконец произнёс Андрей, не отрывая взгляда от дороги.
— Я догадалась.
— Ещё сказала, что теперь я для неё чужой.
— Пройдёт. Как проходило всегда.
— Ты плохо её знаешь.
— Мы знакомы четыре года.
Елена повернулась к нему.
— Она называла тебя чужим, когда ты не приехал к ней на день рождения. Помнишь? Мы тогда были в Петербурге. То же самое она говорила, когда ты отказался оплачивать ремонт в прихожей. И после нашей свадьбы, когда мы не предложили ей сразу переехать к нам. Каждый раз звучало одно и то же: «чужой», «предал», «бросил». А потом через неделю она снова тебе звонила.
Андрей въехал на парковку и заглушил двигатель.
Некоторое время он молча смотрел на руль.
— Это не отменяет того, что ей одиноко.
— Не отменяет, — согласилась Елена. — Поэтому я предложила нормальный вариант. Она продаёт квартиру и переезжает сюда. Мы помогаем выбрать жильё, организовать переезд, будем чаще встречаться. Это честно.
— Она не хочет продавать.
— Я знаю, чего она хочет. Оставить свою квартиру и получить ещё одну здесь. За наш счёт.
Елена открыла дверцу машины.
— Пойдём. Нужно ещё приготовить ужин.
В магазине было прохладно и многолюдно. Вечерний час пик: тележки, полные продуктов, дети у полок со сладостями, уставшие кассиры.
Они шли между рядами почти молча.
Елена положила в корзину помидоры.
Андрей взял хлеб.
Она проверила срок годности сыра.
Он поставил несколько бутылок воды.
Обычная жизнь.
Слишком обычная для последних дней.
У холодильников с молочными продуктами Андрей остановился.
— Лен, я должен был сразу всё тебе рассказать. Ещё неделю назад, когда мама впервые заговорила о переезде. Она давно об этом думала, а я надеялся, что вопрос сам исчезнет.
Елена взяла с полки кефир.
— Почему молчал?
— Потому что заранее знал, чем закончится разговор.
Он пожал плечами.
— Ты бы отказала, мама стала бы давить, а я опять оказался бы между вами. Поэтому тянул до последнего.
— И это помогло?
Андрей не ответил.
Они подошли к кассе и начали выкладывать покупки на ленту.
Когда муж потянулся за картой, Елена вдруг почувствовала сильную усталость.
Не злость.
Не обиду.
Именно усталость.
Четыре года она смотрела, как Андрей пытается балансировать между женой и матерью. И каждый раз надеялась, что однажды он выберет собственную семью не потому, что его загнали в угол, а сам — осознанно, по-взрослому.
Возможно, это ещё случится.
А возможно, ничего не изменится.
В пятницу Людмила Петровна сама позвонила Елене.
Андрей в это время был в душе, телефон лежал на столе. Увидев имя свекрови, Елена ответила.
— Елена, нам нужно поговорить.
— Я вас слушаю.
— Я всё обдумала. Насчёт квартиры. Может быть, я попробую что-то сделать со своей. Например, сдам её, чтобы получать дополнительные деньги. Но мне нужны гарантии, что вы поможете найти жильё рядом с вами. Андрей обещал.
Елена ненадолго замолчала.
За окном шумел вечерний город. Во дворе хлопнули железные ворота, из соседней квартиры доносилась музыка.
— Если вы действительно сдадите или продадите свою квартиру и решите переехать, мы обязательно поможем подобрать подходящий вариант. Это я могу обещать.
— Ты, — повторила Людмила Петровна так, словно слово ей не понравилось. — Значит, теперь в вашей семье всё решаешь ты?
— Мы с Андреем решаем всё вместе, — спокойно ответила Елена. — Поэтому мой ответ совпадает с его.
Снова пауза.
— Хорошо, — недовольно произнесла свекровь. — Я подумаю.
И отключилась.
Андрей вышел из ванной через пять минут, полотенце лежало у него на плече.
По лицу жены он сразу понял, кто звонил.
— Мама?
— Да.
— Что сказала?
— Думает. Это уже кое-какой результат.
В ту же ночь, когда Андрей уснул, Елена вышла на кухню.
Налила воды.
Открыла окно.
Августовский воздух уже не казался таким тяжёлым, как неделю назад. Ночи понемногу становились прохладнее. Совсем немного, но перемену можно было почувствовать.
Месяц подходил к концу.
Скоро должен был прийти сентябрь.
Елена открыла банковское приложение и некоторое время просто смотрела на экран.
Затем вернула деньги на общий счёт.
Не потому, что проблема исчезла. Она не была настолько наивной, чтобы обманывать себя.
Людмила Петровна не изменится за несколько дней.
Андрей ещё не раз окажется между женой и матерью.
Им предстоят тяжёлые разговоры и неприятные ситуации.
Елена прекрасно это понимала.
Но понимала и другое.
В ту ночь, а потом возле кассы в магазине внутри Андрея что-то сдвинулось.
Незначительно. Почти незаметно.
Но сдвиг произошёл.
Он сказал: «Я должен был поговорить с тобой».