И я поймал себя на том, что начинаю ждать вечера.
Однажды я задержался на работе и вернулся домой намного позже, чем обычно. Ирина стояла у окна на кухне. После душа её волосы ещё не высохли, на ней был мягкий домашний свитер, а на ногах — мои шерстяные носки.
— Вообще-то это мои носки, — заметил я.
— Теперь уже общие, — спокойно сказала она.
— Быстро вы обжились, квартирантка.
— А вы, хозяин квартиры, слишком медленно замечаете очевидное.
Она достала бутылку вина и налила мне бокал.
— Празднуем что-то?
— Да. Сегодня я впервые за долгое время ни разу не вспомнила о нём.
Мы коснулись бокалами.
Потом долго сидели рядом, не произнося ни слова. За окном падал снег. В квартире было тепло и удивительно спокойно — особенно для двух людей, которых недавно так больно задели чужие решения.
— Можно задать вам вопрос? — спросила Ирина.
— Конечно.
— Почему вы всё ещё один?
— Наверное, потому что устал доверять.
— Ответ не очень хороший.
— Тогда скажите, какой ответ был бы хорошим в вашем случае?
Она повернулась ко мне.
— До недавнего времени я боялась снова захотеть, чтобы рядом кто-то был.
После этого признания тишина изменилась. Она больше не казалась неловкой.
Я медленно поставил бокал на стол.
— А теперь боитесь?
Ирина смотрела мне в глаза. В этот момент отвернуться я уже не мог.
— Теперь нет.
Порой жизнь меняется не после громких обещаний и не благодаря красивым поступкам. Иногда достаточно нескольких честных фраз и той тишины, которая приходит вслед за ними.
Я приблизился к ней медленно, оставляя возможность передумать.
Но Ирина не отстранилась.
Она положила ладонь мне на грудь, будто хотела почувствовать, как сильно бьётся моё сердце.
— Кажется, соседи услышат, что вы волнуетесь, — прошептала она.
— Пусть завидуют.
Она улыбнулась и сама потянулась ко мне.
Наш первый поцелуй был осторожным, почти робким. Мы оба слишком хорошо знали, какой дорогой может оказаться необдуманный шаг.
Второй поцелуй оказался совсем другим.
В нём было тепло, которого особенно не хватает после долгих месяцев одиночества.
Её пальцы сжали ворот моей футболки, мои ладони легли ей на талию.
На стене ровно отсчитывали время часы. Чайник, недавно закипевший, уже остыл. За стенами спал обычный многоквартирный дом и не подозревал, что в одной из квартир наконец-то закончилась долгая, мучительная тишина.
Позже мы сидели на диване под одним пледом.
— Интересно, это нарушает договор аренды? — спросила Ирина.
— Только если там мелким шрифтом был пункт, запрещающий поцелуи.
— Тогда я его наверняка пропустила.
Она положила голову мне на плечо.
— Знаешь, почему я выбрала именно твоё объявление?
— Из-за невысокой цены?
— Нет. На фотографиях квартира выглядела грустной. Я подумала, что здесь меня хотя бы смогут понять.
Я не ответил сразу.
— И что? Тебя поняли?
Ирина закрыла глаза.
— Даже лучше, чем я надеялась.
Прошёл месяц, а Ирина по-прежнему жила у меня. Только комната, которую я собирался сдавать, снова пустовала.