— Зачем ты вызвала мастера? — Сергей раздражённо пошевелил ручку нового блестящего смесителя. — Я бы сам всё заменил в выходные. Только зря потратилась. И ещё какого-то постороннего мужчину домой привела, пока меня не было.
Я стояла в дверях ванной, вытирая руки полотенцем, и смотрела на него без спешки.
Раньше после таких слов я сразу начинала бы оправдываться. Объясняла бы, что вода хлестала на пол, что можно было затопить соседей, что до субботы ждать опасно. Наверняка добавила бы, что не хотела отвлекать его от работы, а затем ещё долго подбирала бы правильный тон, лишь бы муж перестал сердиться.
Теперь во мне ничего не дрогнуло.
Ни злости. Ни страха. Ни желания доказать свою правоту.
Только тишина.
— Ждать до выходных было нельзя, — ровно сказала я. — Вода уже текла из-под вентиля. Мастеру я заплатила со своей карты, так что ты ничего не потерял.
Сергей резко обернулся.
На его лице появилось такое возмущение, словно я нарушила главное правило семейной жизни.
— Какая разница, с чьей карты? Мы вообще-то семья, Марина. У тебя есть муж. Можно было хотя бы позвонить и спросить, что делать. В последнее время ты ведёшь себя так, будто живёшь одна.
Я почти усмехнулась, но улыбка не получилась. Лишь едва заметно дёрнулись губы.
— Я уже просила тебя помочь. Полгода назад. В то утро, когда ты собирался на рыбалку, а я лежала на полу и не могла подняться. Наверное, именно тогда я и начала привыкать к жизни в одиночестве.
На лице Сергея мелькнуло что-то похожее на вину. Он отвёл взгляд, часто моргнул, тяжело вздохнул — и тут же спрятался за привычными обвинениями.
— Господи, опять ты за своё! Сколько можно возвращаться к одной истории? Я всё объяснил и извинился! Но тебе, конечно, нельзя ошибаться, а другим ты ничего не прощаешь!
Он протиснулся мимо меня в коридор, всем видом показывая, что разговор окончен.
Я осталась перед зеркалом.
И вдруг поняла: боли больше нет.
Когда-то она жила во мне постоянно, но теперь исчезла, оставив после себя странное ледяное спокойствие. Словно после долгих месяцев тумана воздух неожиданно очистился, и я наконец увидела всё таким, каким оно было на самом деле.
Всё началось в конце апреля.
К тому времени мы с Сергеем прожили в браке семь лет. Первое время мне казалось, что наша жизнь совершенно обычная: работа, домашние заботы, редкие поездки, друзья, разговоры о будущем.
Но последние два года наш дом всё меньше напоминал семейное гнездо. Скорее, это была квартира, где случайно поселились двое взрослых людей.
Сергей работал в отделе логистики большой компании. Действительно уставал, много нервничал и постоянно повторял, что после тяжёлой недели имеет право отдыхать так, как ему хочется.
Сначала его отдыхом были пятничные посиделки с друзьями.
Потом он начал проводить время в гараже.
А затем появилась рыбалка.
Сначала просто как увлечение. Но очень скоро она стала для Сергея почти смыслом жизни.
В прихожей и кладовке начали скапливаться спиннинги, катушки, коробки с приманками, эхолоты, непромокаемые костюмы, специальные сапоги, палатки и дорогие термосы. Некоторые снасти стоили почти столько же, сколько я зарабатывала за месяц.
С ранней весны до поздней осени все выходные Сергей старался проводить у воды. Обычно вместе со своим приятелем Павлом и другими мужчинами из их компании.
Я долго не возмущалась.
Более того, даже гордилась тем, что считалась «понимающей женой». Убеждала себя, что каждому человеку необходимо собственное увлечение.
В конце концов, Сергей не пропадал по ночным клубам, не пил во дворе и не заводил любовниц. Он просто сидел у реки с удочкой.
Разве это преступление?
Поэтому я привыкла к отменённым совместным планам. Одна ездила к родителям на дачу, ходила по магазинам, решала бытовые вопросы.
— Я всю неделю работаю как проклятый, Марин, — говорил Сергей, укладывая снасти в багажник. — Мне тоже нужно отдыхать. Или ты хочешь, чтобы я к сорока годам с сердцем свалился? Мужчине необходимо своё пространство.
Я кивала.
Его пространства становилось всё больше.
А места для нас двоих — всё меньше.
Поездку в Астрахань Сергей с друзьями готовил почти полгода. Они заранее забронировали рыболовную базу, договорились об отгулах, арендовали лодку, составляли списки продуктов и оборудования.
Сергей говорил об этой поездке каждый день.
Казалось, он уже жил там.
Выехать собирались рано утром в четверг.
А вечером накануне у меня заболел живот.
Сначала боль была слабой и тянущей. Я решила, что съела что-то неподходящее, выпила таблетку и легла спать.
Около четырёх утра меня разбудило ощущение, будто в правый бок вонзили раскалённый металлический прут.
Я попыталась подняться, но от резкой боли перехватило дыхание. Лоб и спина мгновенно покрылись холодным потом.
Свет в спальне уже горел. Сергей собирался в дорогу и проверял последние вещи.
В воздухе смешались запах свежего кофе, резины от новых сапог и резкого средства от комаров.
— Сергей… — позвала я.
Собственный голос показался мне слабым и чужим.
Он обернулся. В руках у него был толстый свитер.